Человек-улыбка
и его профессия

Интервью вела Людмила МЕЗЕНЦЕВА
Фото: Константин ЗАПОРОЖЕЦ

+ФОТОГАЛЕРЕЯ

Красив, умен, харизматичен, а главное, рядом с ним трудно оставаться в плохом настроении: не сходящая с его лица улыбка поневоле вызывает ответную реакцию. Но и это не главное. Главное – его профессия вынуждает стирать улыбки с лиц оппонентов…

FZ: Вы закончили Винницкий педагогический университет и Международную академию управления персоналом (кстати, по какой специальности?). Кем Вы мечтали стать? Кем Вас хотели видеть родители?

Когда я получал свое первое высшее образование, можно сказать, что сам лично не решал свою судьбу. Родители и тренер планировали сделать из меня педагога. Я отучился, стал учителем физкультуры и тренером. Но со временем сориентировался по жизни и все-таки решил получить то образование, которое хотелось самому. Поэтому поступил на второе высшее в МАУП на факультет медицинской психологии – хочу себя посвятить психологии спорта, помогать спортсменам достигать лучших результатов для Винницы, для всей страны.

FZ: Кстати, в одном из пресс-релизов было указано, что Вы хотите ввести в тренировочный процесс элементы медицинской психологии, рассчитанные специально на спортсменов. Что конкретно имеется ввиду?

Это подразумевает изучение абсолютно всех аспектов жизни спортсмена: от питания, жизненного устоя, отношений с родителями, друзьями, другими спортсменами, а также как это будет влиять или не влиять на его карьеру в спорте. Сегодня у нас уже приходят к тому, что надо вводить психологию в тренировочный процесс, хотя за границей уже давно это практикуют и с этим считаются. Сейчас роль психолога выполняет тренер, но случается, что на определенном этапе он начинает портить своих учеников, когда им нужна реальная помощь.

FZ: Не будет ли это вмешательством в личную жизнь спортсмена?

Не будет! Психолог не посягает на личное пространство человека! Его работа – направлять на выбор правильного решения.

FZ: Как Вы попали в бокс?

Отец привел в 7 лет. Я увидел бокс по телевизору и предложил ему попробовать. Он привел к своему знакомому, Дмитрию Шамцу, который и стал моим первым тренером. Правда, я был еще слишком мал, чтобы начать занятия, но благодаря тому, что был физически больше развит, чем сверстники, меня допустили к тренировкам. Правда, они имели в основном игровой характер. Мне понравилось. Сначала была игра, потом начал боксировать, выигрывать соревнования. По мере роста переходил к другим тренерам.

FZ: Какими достижениями в любительском спорте можете похвастаться?

Большинство моих первых высоких достижений пришло с тренером Анатолием Вальчуком. В 1997 году я выиграл чемпионат Европы среди юниоров, в 1998 году я был вторым на Кубке мира и вторым на Кубке Европы по взрослым, в 1999 году – третьим на Олимпийских играх среди военнослужащих. Стал мастером спорта международного класса. Но в 2000 году мой тренер умер... Это был удар для меня, я не смог собраться и проиграл на Чемпионате Европы. На какое-то время остался один, был в растерянности и не знал что делать. И вот в то время в Виннице меня поддержал мой нынешний тренер Виталий Вдовкин, благодаря которому я остался в боксе, продолжил показывать хорошие результаты и подниматься все выше и выше. Уже в 2001 году я завоевал третье место на Чемпионате мира по взрослым, в 2002 году – второе. Из трех встреч, которые мне довелось провести с кубинцами, две я выиграл.

FZ: Но официально с Вами работают два тренера: Виталий Вдовкин и Вадим Лавринец…

Вадим Лавринец тренирует меня, когда я приезжаю в Киев, а 80% работы проходит с Виталием Петровичем, когда я дома. Он не выезжает со мной в Киев на завершающие этапы тренировок перед боями, но даже тогда мы с ним поддерживаем связь в телефонном режиме: я ему рассказываю, что делаю, как себя чувствую, а он — что, как и когда делать. А Вадим уже подчищает технику.

FZ: То есть Вас, как спортсмена, работа с двумя тренерами не дезориентирует?

Нет, у них у каждого своя задача: один следит за одними аспектами, другой – за другими.

FZ: Почему Ваш профдебют состоялся лишь четыре года назад? Ведь были все предпосылки начать раньше.

Я стремился достичь высшей цели в любительском спорте – выиграть Олимпийские игры. За всю жизнь у меня было две возможности попасть на Олимпиаду. Но первый раз я оказался слишком молодым и мне даже не дали возможности побороться за лицензию и отправили более взрослых, более зрелых. А второй раз, как полагается, через четыре года, в сборной ко мне отнеслись даже где-то по-хамски, выставив вместо меня спортсмена слабее. В итоге сборная не получила лицензии, которую, уверен, могла получить со мной, а у меня отняли возможность осуществить то, ради чего работал восемь лет подряд. С чем было связано такое решение – я не знаю. Страна сказала – я делаю, не сказала – не делаю. Но если бы я раньше знал, что такое будет, давно бы ушел в профессиональный бокс. Опять же, меня держали потому, что я показываю результаты. Но поскольку мой тренер умер, а Виталий Вдовкин не был вхож в те организации, которые могли что-то решить, меня просто отстраняли от участия. Но мое терпение и настойчивость помогли продержаться на плаву.

FZ: Существует такое мнение о технике бокса: "как ходишь – так и бьешь". Ваше поведение на ринге полностью опровергает это утверждение: при малодинамичной работе ног быстрые и взрывные удары. Откуда это?

Я боксирую так, как мне позволяют соперники. Я могу подстраиваться под работу соперника: если он будет бегать – буду бегать за ним. А быстрая работа рук – это, опять же, работа моего тренера Виталия Вдовкина. Мы правильно подходим к тренировочному процессу, рационально распределяем нагрузку, подводимся, делаем ОФП и в конечном итоге я не закрепощаюсь, бью хлестко, легко и сильно.

FZ: Какие используете любимые комбинации в бою?

Комбинации левой рукой: боковые удары в голову и по корпусу – это мои нокаутирующие удары. Также у меня нокаутирующие удары правой. Все видели это в моем последнем поединке. Я бью как слева, так и справа, но слева люблю больше.

FZ: Вы в основном проводили бои в Украине и лишь два – за ее пределами: в США и в Монако…

Да. Один я провел в Лас-Вегасе, выиграл в первом раунде нокаутом, и один в Монте-Карло, выиграл по очкам у француза. Но в основном провожу бои в Украине и исключительно для того, чтобы показать красивый бокс украинцам: люди меня знают и хотят видеть здесь. Если буду выезжать за границу, они не будут видеть меня вживую. Лучше я буду здесь для своей страны, для своих людей показывать красивый, качественный бокс.

FZ: Понятно, что на родине легче, но все-таки, в чем разница?

В этом и есть разница, дома действительно легче. Но, опять же, я прошел колоссальный любительский опыт, боксировал на всех континентах, объездил 70% европейских городов с боями и для меня сейчас другие страны, другие залы роли не играют. Я выхожу, выполняю свою работу, которую умею делать и делаю, где бы то ни было.

FZ: А как сегодня молодым и талантливым украинским боксерам попасть в профспорт?

Я попал только по одной причине – за моей карьерой следил президент Федерации профессионального бокса Украины Михаил Михайлович Завьялов. Правда, я об этом не знал. На каком-то этапе мне предложили попробовать себя в профспорте — я подумал и согласился. Думаю, что ведущие тренера ведут просмотры спортсменов.

FZ: То есть главное – показывать хорошие результаты?

Главное – хорошо боксировать и нравиться людям.

FZ: Сегодня в мире набирают обороты турниры по К-1 и ММА, которые в скором времени, по мнению специалистов, смогут составить достойную конкуренцию профессиональному боксу. Исходя из этих тенденций, какие Вы видите перспективы развития профбокса в Украине?

К-1, ММА – это диковинка, а бокс – это классика. Если он не исчез с тех пор, как появился – он никогда не пропадет. Всегда найдутся его поклонники. Украинские боксеры сейчас все больше прогрессируют, и если обратиться к статистике, в Украине уже несколько Интерконтинентальных чемпионов и Чемпионов мира. Правда, из последних в стране остался один – Юрий Нужненко. Остальные уехали за границу, но это не столь важно. Самое главное, что это украинцы.

FZ: Есть ли свои кумиры: известные люди, на примерах которых Вы учитесь в спорте и по жизни?

Я никогда не ищу себя кумиров в жизни. Примеры беру со всех понемножку: то, что считаю нужным. Стараюсь учиться на чужих ошибках, а не на своих. Мне импонирует тактика, манера ведения боя отдельных спортсменов, но нравятся они мне так, как любому человеку может нравится певец, например, актер, дизайнер, то есть — как поклонникам бокса нравятся какие-нибудь боксеры. Я ни под кого не кошу. Я – Слава Узелков, такой, как я есть. Тем более что на данном этапе я на виду и уже никуда не спрячешься.

FZ: Недавно состоялась премьера фильма Льва Карпова "Сказка о мужчине и женщине", где Вы дебютировали в качестве актера. Как Вы попали на съемки фильма?

В мою промоутерскую компанию, а точнее моим pr-менеджерам поступило предложение от Егора Бенкендорфа, исполнительного продюсера телеканала "Интер", директора компании Inter Media Production. Не знаю, как он меня разглядел... Меня спросили: "Не хочешь?". Говорю: "Хочу". Я люблю сниматься, фотографироваться. Роль была не большая, всего четыре минуты в кадре, но интересно было поработать перед камерами, побывать на съемочной площадке. Я все сделал, и считаю хорошо, раз меня не вырезали и пустили в эфир.

FZ: Вы очень веселый и улыбчивый по жизни человек, а роль врача скорой помощи – достаточно серьезная роль…

Я серьезно сыграл!

FZ: Тяжело было не улыбаться?

Я улыбался!

FZ: ??????

Роль была серьезная, но ситуация по фильму была такая, что мне нельзя было быть серьезным. Я выводил беременную женщину, у которой начались предродовые схватки, и вести себя в ситуации серьезно и напряженно было бы глупо. По сценарию мне надо было всячески шутить и улыбаться, чтобы она расслабилась и спокойно доехала в больницу. Я, конечно, не хихикал, но улыбка присутствовала: все, как требовал от меня режиссер.

FZ: Какие вообще впечатления от съемок? Можно утверждать, что актерский хлеб не легче боксерского?

Я боксирую, кто-то снимается, кто-то шьет… У каждого своя работа, каждый труд по-своему тяжел, но я убедился в том, что актеры пашут от зари и до заката, отдыхают в кибитках, едят сухпай или то, что привезет полевая кухня… Я бы так долго не смог, такой жизни надо тренироваться. Так как у меня свои тренировки – у них свои.

FZ: Многие в детстве росли на определенных фильмах, которые увлекли их в единоборства. На каких фильмах и книгах росли Вы?

Как и все мое поколение, я вырос на фильмах с Брюсом Ли, Ван Даммом... Кстати, глядя в детстве фильм "Фанат" с Алексеем Серебряковым в главной роли, который я пересмотрел раз 20, никогда бы и не подумал, что когда-то я буду находиться с ним на одной съемочной площадке, участвовать в одном эпизоде.

FZ: Если так увлек "Фанат", почему не заинтересовало карате, которым занимался главный герой фильма? Почему бокс?

Про бокс тогда вообще не было фильмов. Но подсознательно, наверное, мне бокс нравился больше, чем карате. Карате – да, было в диковинку, но там, где люди бьют ногами – это не моя среда. Сейчас, когда я действую сознательно, для меня ноги – это уже уродство. Но, опять же, у каждого свои вкусы, у каждого свое стремление к чему-то. Сейчас я понимаю, что два-три удара, какие показывают в фильмах, с моей силой удара выдержать нереально, а раньше казалось: "Ого! Могут же люди!"

FZ: Часто по окончании института и, уж тем более, женившись, люди бросают спорт. Как Вам удалось сохранить в себе интерес к боксу?

Женился я на втором курсе, жена была на первом. Но именно после женитьбы моя карьера пошла вверх. Все высокие результаты в любительском и профессиональном спорте пришли вовремя совместной жизни с Мариной. Можно сказать, что после женитьбы я успокоился, остепенился, стал меньше времени проводить на улице, на дискотеках. Сел, осознал, понял, что мне надо и начал работать над собой.

FZ: Кстати, говорят, у Вас случилась интересная история знакомства с будущей женой…

Да, об этом книгу можно написать. Мы познакомились фактически в библиотеке: она направлялась туда, а я сидел недалеко, по-моему, прогуливал пару. Я заговорил, но встретил полное игнорирование. На то время я уже был Чемпионом Европы по боксу среди юниоров. В Виннице таких результатов больше ни у кого не было. И меня это взбесило! Как так? Я – "блатной муравей", а меня игнорируют! Я начал, в прямом смысле, бегать за ней – день, два, три, – ко мне никакого внимания. Но я выкрутился: нашел общего знакомого, попросил заговорить с ней на улице, а сам во время беседы подошел, поздоровался с ним, как бы присоединился к беседе и только после этого она начала со мной общаться. Потом оказалось, что я давно знаком с ее братом. Поэтому я лишний раз убедился, что всему свое время – как оно должно быть, так и случится.

FZ: Марина говорила, что Вы не сразу признались, что занимаетесь боксом.

Я никогда не говорю, что я боксер. Иногда по кулакам определяют, сейчас уже по габаритам могут сказать, что спортсмен, но что боксер – никогда не определяют. Сейчас, правда, знают уже все.

FZ: Но родителей Марины обаять удалось?

Маринин отец по специальности психолог, он сразу рассмотрел меня, понял, кто я есть и что из себя представляю. Ему не пришлось ничего доказывать, в отличие от мамы, которой надо было приводить какие-то доказательства, что я серьезно отношусь к ее дочери. Улыбка – да, помогает, проверено на теще.

FZ: К слову, выглядит супруга очень подтянуто. Тоже занимается спортом?

До встречи со мной они ничем не занималась. Но чтобы быть под стать мужу-спортсмену, сама решила пойти в зал. Занимается фитнесом: от тай-бо до степ-аэробики. Сейчас ни одной тренировки не пропускает и без спорта уже не может. Даже когда мы отдыхаем за границей, она и там ходит в зал, мы даже не останавливаемся в гостиницах, где нет спортзала. Даже если я говорю: "Давай лучше погуляем или ты иди, позанимайся, а я отдохну!" – нет, тянет меня за собой.

FZ: А если бы она однажды сказала: "Я нашла себя в боксе!", как бы Вы отреагировали на такое заявление?

Это глупо, я вообще не понимаю женский бокс! Ну, не вижу в нем никакой красоты. Пусть мне говорят, что эта спортсменка талантлива, технична – мне все равно выглядит не красиво. Когда две девочки друг друга в морду лупят, да еще если и ногами – это вообще "прелесть". Женщины более жестоки и агрессивны, мужчины более техничны. Если поставить боксеров одинакового уровня, но разного пола, женщина все равно окажется менее техничной. Даже далеко не техничной. Но это мое субъективное мнение и его я бы постарался донести до супруги.

FZ: Что еще кроме бокса и семьи Вас увлекает в жизни?

Я люблю активный отдых: выезды на природу с ночевкой, ловля рыбы, грибы пособирать. Люблю играть в боулинг, сейчас увлекся пейнтболом – это азарт, острота ощущений. На больше меня не хватает. Перед боем я вообще себя ограничиваю от всего: выезжаю только в зал – и домой. Иначе приходится иметь дело с разными людьми, которые могут испортить настроение, а когда нет настроения, то даже тренироваться не хочется. А если не тренируешься – ты проиграешь. Поэтому я все отодвигаю на задний план, даже телефон оставляю супруге, чтобы она общалась и разговаривала с людьми. Интервью в такие периоды я тоже не даю: могу быть злой, говорить на эмоциях, к тому же я в этот период худею, – все это наслаивается, и я могу в какой-то момент взорваться, вспылить. Но вообще я всегда улыбаюсь и довольный как кот.

FZ: Вы говорили, что боулинг и пейнтбол дают азарт и остроту ощущений. А на ринге разве мало адреналина?

Это совершенно разные вещи! Есть хобби и есть работа. Их не стоит сравнивать.

FZ: Как у спортсмена самое заветное желание – завоевать чемпионский титул в престижной версии, о чем Вы неоднократно повторяли прессе, а какие рубежи ставите себе как личности?

Как человек я просто хочу, чтобы меня уважали люди, любила моя супруга, моя семья, ценили мои друзья и знакомые – это самое главное. Я хочу, чтобы меня видели и принимали таким, какой я есть, а не чемпиона и звезду. Я человек, простой, как и все. И самое главное, чтобы это во мне видели.

FZ: Что, на Ваш взгляд, определяет успех в жизни мужчины?

Надежные друзья, заботливая семья и любящая верная супруга – я считаю, что это самое главное. Моя супруга – это моя вторая половина, на которую можно опереться, с которой можно пообщаться, довериться ей во всем. Когда мы поженились, мне было 20, ей 19 лет. Обычно, когда женятся в таком возрасте, люди говорят, что это ненадолго. Мы же вместе уже девять лет, потому секретов никаких друг от друга не держим. Мы сошлись до такой степени, что уже не ограничиваем друг друга, а дополняем. Это во многом определяет мой успех.

Fighter`s magazine №3